Удивляться, что Фабиус приник так низко к земле, не приходилось. В летнюю пору он перемещался на четвереньках почти беспрерывно. Фабиус изучал насекомых всех видов и размеров. Никто в Айдавилле не знал больше него о потаенных пристрастиях пчел или, скажем, жуков.

Энциклопедия следил за гостем, взирающим на нечто ползущее сквозь лупу, пока молчание не стало непереносимым.

– И что у тебя там? Жук-носорог?

– Да нет, – ответил Фабиус шепотом, продвигаясь вперед на дюйм.

– Древесница въедливая?

– Опять не угадал, – отмахнулся Фабиус, не повышая голоса. – Обычный навозный жук. Ой, ты его спугнул!..

– Прости, пожалуйста, – извинился Энциклопедия.

Фабиус поднялся на ноги. Вид у него был опечаленный – но, оглядевшись и осознав, куда его занесло, он вмиг повеселел.

– Энциклопедия! Как здорово, что жук привел меня сюда! – С этими словами он положил на канистру двадцать пять центов. – Я как раз подумывал обратиться к тебе.

– Для нас нет слишком мелких дел, – процитировал Энциклопедия свое объявление, надеясь, что Фабиус не поймает его на слове и не поручит ему расследовать преступление какого-нибудь слепня. – Что стряслось?

– У меня украли камеру. Похоже, что это сделало привидение.

Энциклопедия судорожно сглотнул.

– П-привидение? Где ты его нашел?

– В заброшенном доме Моргана.

– Я не верю в привидения, – объявил Энциклопедия, взяв себя в руки. – Я верю в факты. Давай по порядку.

– Факты? Хорошо. Вчера я зашел в этот дом – там водятся интересные паучки. Только я собрался их сфотографировать, как сверху по лестнице спустилось привидение.

– И ты перетрусил, бросился наутек, а камеру забыл там?

– Точно, – подтвердил Фабиус. – Я вылетел из дома с такой скоростью, что и родная мама не отличила бы меня от летающей тарелки. Через час я опомнился и вернулся за камерой. Но ее там уже не оказалось.